Моя подруга лесбиянка

                                                      Все совпадения случайны

     Меня зовут Зульфия, а друзья называют меня Зефирка. Мне двадцать шесть лет. Замечательный возраст, – так говорит моя мама. Я люблю слушать её, когда она рассказывает мне о себе и о своей жизни. Но теперь, когда мы стали жить отдельно, мы видимся гораздо реже. В основном я общаюсь со своей подругой. Она лесбиянка, а я натуралка, но это не мешает нам дружить. Я доверяю ей свои секреты, она мне свои. Поверьте, не каждая лесбиянка может довериться подруге. А жизнь у неё очень даже непростая. Уж кому-кому, а мне-то это доподлинно известно.
     Поначалу она не доверяла даже мне, а ведь мы учились вместе в колледже и сидели за одним столом. Познакомились мы на первом уроке. Это был урок моделирования детской одежды. Она взяла маленький образец  детского платьица с сердечками и поцеловала его. Я посмотрела на неё с ужасом. Чокнутая? – подумала я. Как же надо любить платья, чтобы целовать их? Она посмотрела на меня и, заметив взгляд моих широко распахнутых глаз, уставившихся на неё, прошептала:
     – У меня никогда не будет детей.
     Мне даже показалось, что её глаза увлажнились. Неужели слёзы?
     – Ты больна? – спросила я.
     – Вроде того, – непонятно ответила она.
     – Аааа, – только и сказала я.
     – Меня зовут Лиска, то есть Лиза, – она как-то странно заглянула в мои глаза. Глубоко. Очень глубоко. Даже пронзительно. Только потом она призналась мне, что влюбилась в меня с первого взгляда.
     – А я Зефирка, – ответила я, и она засмеялась.
     – Тебя можно съесть?
     Какое своеобразное чувство юмора у моей соседки, подумала я, но со временем я убедилась, что с чувством юмора у неё всё в порядке.
     – Вообще-то моё полное имя Зульфия.
     – А почему Зефирка?
     – Наверное, потому, что я обожаю зефир в шоколаде. Это моя любимая сладость. Зефир и шоколад в одном флаконе. – Я попыталась сострить. – Два в одном, – пояснила я ей.
     – Что это может означать? – спросила моя новая знакомая.
     – Ничего особенного. Просто шутка такая.
     Теперь-то я знаю, что она подумала обо мне. Что я бисексуалка, и что ей сразу же крупно повезло встретить такую девчонку, как я. Мне же тогда и в голову такое не пришло. Даже, когда она через несколько дней принесла какой-то журнал с девчонками-бисексуалками, я и тогда не отреагировала так, как она ожидала. Но до всего этого я дошла потом, а в то время просто просмотрела этот журнал, как и любой другой. С некоторым любопытством, но не более того, чем, видимо, сильно разочаровала Лиску.
     Наш колледж был широкого профиля. Кроме моделирования, можно было даже научиться стать моделью. На таких уроках Лиска всегда входила в мою кабинку, когда я переодевалась. Ей нравилась моя фигура, хотя я считаю, что её собственная ничуть не хуже. Как я потом убедилась – среди лесбиянок много девчонок с прекрасной фигурой и роскошной грудью.
     У Лиски было отличное чувство вкуса. Она всегда помогала мне с подбором аксессуаров к той модели одежды, которую я должна была отрабатывать на нашем колледжском подиуме. Все нужные сумочки, бижутерию, шарфики и прочие вещички она чуяла за версту. Поэтому мы с ней всегда на таких тренировочных занятиях выглядели лучше всех.
     – Лиска, меня восхищает, как легко и классно ты делаешь это, – говорила я после очередного подбора одежды.
     – Жалко, что мы не демонстрируем купальники, – вздыхала Лиска, но тут же улыбалась и смотрела на меня исподлобья.
     К тому времени она уже поняла, что я натуралка, тем более что у меня был парень, с которым я встречалась уже несколько месяцев.
     – Знаешь, мужчины совсем не понимают нас, – как-то однажды сказала мне Лиска.
     – Для этого у нас есть подруги, – парировала я.
     – Но хочется любви и понимания одновременно, – сделала ещё одну попытку Лиска.
     – Ну, ты слишком многого хочешь, – сказала я, но что-то заподозрила.
     – Вовсе нет. – Лиска опустила глаза, и этими огромными фиалковыми глазами, обрамлёнными густыми чёрными ресницами, уставилась в пол. – Это очень даже возможно.
     – Ха-ха, – сказала я. – Любви будет вполне достаточно.
     – Ты просто не знаешь другого… – Она подняла свои фиалковые и посмотрела в мои чайные.
     – Чего это я не знаю?
     – Ну, – замялась Лиска. – Не знаю, как бы тебе об этом сказать.
     Я посмотрела на неё и вдруг заметила, что она строит мне глазки. До меня начало медленно доходить. Я вспомнила, как она разглаживала на мне юбки и всегда застёгивала молнию, как подавала руку, когда мы выходили из транспорта, делала мне небольшие подарки. А я из вежливости делала ей в ответ. Тогда мне это не казалось странным.
     – Вообще-то знаю. В теории. – Я уже была почти уверена, что моя подруга… не натуралка.
     – На практике это гораздо лучше, – несмело сказала она, подтвердив мою догадку.
     Не знаю, на что она надеялась, говоря это мне. Хотя нет, знаю. Любовь слепа. И зла.
     Я хотела напомнить ей, что у меня есть парень, и что вообще-то я натуралка. Самая что ни на есть натуральная. Мне с детства и по сей день нравились мальчики. Но мне так не хотелось сразу же её разочаровывать, что я решилась попробовать.
     – Ну, давай сходим на свидание, – предложила я.
     – Ты серьёзно? Кроме шуток? – робко спросила она.
     – Да, нет. С этим я не шучу. – Я серьёзно посмотрела на неё. Она мне нравилась. Как подруга, как человек. Всё может  быть, подумала я. – Давай сходим вечером погулять в парк. Поболтаем. Ты меня просветишь насчёт этого… самого…
     – Будто ты и сама не знаешь.
     Конечно, я знала. Теоретически. Мне даже казалось, что однажды я была влюблена в девчонку. Это было в школе. У неё были густо-карие глаза, чёрные волосы, такие же, как и мои, и она была очень весёлой. Она была на полголовы ниже меня. Но это почти нормально, ведь я-то довольно высокая. Но потом я заметила какого-то парня, и эта девчонка просто пулей вылетела из моей головы.
     Так что шанс с Лиской у меня всё-таки есть, подумала я, напрочь забыв о своём нынешнем парне.
     Вечером, когда мы уже походили по разным аллейкам и нанюхались цветов, мы сели на скамейку, незаметно поселившуюся под ветвистым деревом. Темнело. Мы ели мороженое и хохотали над каким-то очередным анекдотом, как вдруг я почувствовала, какой то укус на своём ухе. Я повернулась к Лиске, которая на меня смотрела с посерьёзневшим видом.
     – Ого, – сказала я. – Ты уже начала?
     Она кивнула.
     – Ты что-нибудь почувствовала? – с надеждой в голосе спросила она.
     – Вообще-то не успела. Я просто не поняла, что это было.
     – Я хотела, чтобы это было для тебя спонтанно. – Она снова посмотрела на меня своими огромными фиалковыми глазами, которые в сумерки приобрели более интенсивный цвет.
     Я посмотрела на её губы и зубы. Очень красивые, изящной формы розовые губы и очень белые зубы правильной формы. Эти белые зубы кусали моё ухо. Я улыбнулась про себя. Хотя мне было не до смеха. Ведь всё было очень серьёзно. Это моя любимая подруга Лиска, и мы хотим попробовать другую форму отношений. От такой перспективы у меня захватило дух.
     – Давай попробуем ещё раз, – предложила я. – Сейчас я попробую настроиться.
     – Ты что, пианино или гитара? – засмеялась Лиска, чем разрядила обстановку.
     – Я готова к чему-то новому для себя, – сказала я, подставляя ухо.
     Боковым зрением я увидела, как она закрыла глаза и приоткрыла рот. Я зажмурилась и почувствовала укус. Мне было очень щекотно, и я чуть не рассмеялась.
     – Теперь почувствовала? – опять спросила Лиска.
     – Мне было щекотно. – Я решила быть честной.
     – И это всё? Больше ничего? – Было заметно, что Лиска расстроилась.
     – Пока всё. Но я научусь, вот увидишь, – заверила я её.
     Она хмыкнула.
     – Давай ещё раз, – твёрдо сказала я, подставляя другое ухо. Вдруг с этим получится лучше, и я опять зажмурилась.
     Она легонько прикусила один раз, потом другой, третий.
     Всё. Хватит. Я сейчас расхохочусь, так мне щекотно. Но этого делать нельзя, поэтому я деликатно отстранилась.
     – Наверное, у меня что-то не так с ушами, – сказала я в своё оправдание, хотя когда мой парень целовал мои уши, мне это очень нравилось.
     Лиска вздохнула. Наверное, уже перестала надеяться на то, что я смогу полюбить её больше, чем подругу, и наши дружеские отношения перерастут в любовь.
     – Может, давай я тебя поцелую? – предложила она.
     Мы и так с ней целовались при встрече и прощании. Легко касаясь губами.
     – Ты хочешь поцеловать меня по-настоящему? – спросила я.
     – Ну, конечно, – сказала Лиска, улыбнулась и встала.
     – Почему бы и нет, – ответила я, тоже встала и снова закрыла глаза.
     Она прижалась своей грудью к моей. Это было очень необычное ощущение. Но и только. Одной рукой она обняла меня, а другую положила на моё лицо. Её руки были мягкими и нежными. Она коснулась своими длинными ногами моих ног, которые были ничуть не короче. И, наконец, она поцеловала меня. Поцелуй длился довольно долго. Её губы были очень мягкими, а язык был острым. Но кроме этого я не почувствовала ничего. Правда, ещё её страсть. Но от этого мне почему-то стало неловко.
     Она отодвинулась от меня, чтобы заглянуть в мои глаза, и, видимо, заметила мою растерянность.
     – Зефирка, сладость моя. – Так она назвала меня впервые. – Думаю, что у нас с тобой ничего не получится.
     Я с облегчением вздохнула.
     – Зато теперь мы не будем больше думать об этом, – сказала я с большим энтузиазмом, который должен был по моим понятиям улучшить настроение Лиски. Потом вдруг испугавшись, я спросила: – Но ведь подругами-то мы останемся?
     – Конечно, – не раздумывая ответила она. – Кто же будет за меня решать контрольные? – она улыбнулась.
     Это риторический вопрос, подумала я. Конечно же, я буду решать за неё контрольные, как и раньше.
     На следующий день и во все другие последующие дни Лиска вела себя как обычно, что сильно меня порадовало.  Значит, мы, действительно, остались подругами.
     – А кто-нибудь кроме меня знает, что ты лесбиянка? – как-то однажды спросила я Лиску.
     – Только мои бывшие подружки.
     – А сколько их у тебя было? – спросила я.
     – Две. Но с одной из них у меня были несерьёзные отношения, – ответила она.
     – Нам же всего по двадцать. Мы можем не торопиться.
     – Но, согласись, у тебя гораздо больше возможностей, чем у меня, – сказала она, задумавшись.
     – Я знаю, – ответила я. – Но каждому хочется найти настоящую любовь.
     Я уже знала, какие девушки нравятся Лиске, а она знала, какие ребята нравятся мне. Мы часто показывала их друг другу на улице, когда они проходили мимо. Но я знала также, что Лиске нужна настоящая любовь. Ещё мы с ней часто говорили о детях. Лиска очень хотела сама родить ребёнка и воспитать его. Ведь известно, чем запретней плод, тем он слаще. Но она вообще не знала, как сложится её жизнь.
     – А твои родители знают о тебе? Какая ты на самом деле? – Как-то однажды моё любопытство перевесило неловкость.
     – Нет. Не хочу грузить их. Пока. Потом, со временем, конечно, узнают. Знаешь, я начала учить голландский. Хожу на курсы со своей новой пассией. Не уверена, что наши теперешние отношения перерастут во что-то большее, но она тоже серьёзно настроена на семейную жизнь.
     – Ты что, хочешь переехать в Голландию?
     Я вспомнила, что там разрешены однополые браки.
     – Может быть, – сказала мне Лиска. – К своему большому сожалению я очень люблю Россию и русский язык, и вообще всё русское, но тоже хочу для себя хорошей жизни с любимым человеком.
     – А ты никак не можешь стать натуралкой? – предложила я.
     – Ты же не смогла стать лесбиянкой, – напомнила мне она.
     – А почему именно в Голландию? – Я хотела знать о подруге всё.
     – В ней уже давно разрешены однополые браки. Хочу быть уверена, что у меня всё будет в порядке.
     Мы часто встречались вчетвером. Я со своим парнем и она со своей девушкой. Ходили в кафе, в кино, даже как-то один раз все вместе поехали отдыхать по турпутёвкам в Турцию. Нам всем было очень весело.  Поначалу Маша ревновала Лиску ко мне, но потом, когда поняла, что мы всего лишь подруги и я не представляю для неё угрозу в виде соперницы, перестала.
     Мы с Лиской могли говорить обо всё на свете. Нам было так хорошо, что я часто жалела, что не лесбиянка и не могу быть вместе с Лиской всё своё свободное время. Мне кажется, что ни один человек на свете не понимал меня так хорошо, как Лиска. Она была того же мнения обо мне. Мне кажется, что таких доверительных отношений, как у нас, у Лиски с Машей не было.
     – Мы с Машей решили купить путёвки в Голландию. Испробовать свой голландский, – объявила мне Лиска, когда мы сдали последние экзамены.
     – А на банкет по случаю окончания колледжа ты придёшь?
     – Конечно. Я слышала, что многие придут туда парами.
     – Неужели ты рискнёшь привести туда Машу?
     – Ни за что. Не хочу рисковать таким дорогим для меня человеком.
     – Тогда я тоже не возьму с собой Артёма. Пойдём с тобой вдвоём, как подруги. Все уже привыкли видеть нас вместе.
     – А ты знаешь, что в колледже некоторые нас за глаза называют лесбиянками. Я слышала это несколько раз, – призналась мне Лиска. – Тебя это не волнует?
     – Если не волнует тебя, то и меня тоже.
     – А что ты наденешь?
     Мы долго обсуждали наши наряды. Потом Лиска подбирала мне бижутерию и аксессуары.
     – Наверное, трудно всё время скрывать, кто ты есть на самом деле.
     – Нет. Я привыкла. Я бы сказала, что это скорее неприятно. Ведь я не виновата, что родилась такой.
     – Я хорошо тебя понимаю…
     – Сказала самая натуральная натуралка, – смеясь, закончила за меня фразу Лиска.
     Я даже обиделась. Ну, почему я не могу понять этого? Что я – маленький ребёнок, что ли? Конечно же, понимаю. Я же знаю – природу не обманешь. Раз родилась лесбиянкой, то с этим ничего не поделаешь. Тут уж как кому повезёт. Нам натуралам легко говорить. Для нас всё просто. Захотел – влюбился. Захотел – женился. То есть для меня это – вышла замуж.
     Я же часто думала о Лиске. О том, что ей приходится скрывать свои отношения и не только.
     Глядя на неё, я тоже решила выучить голландский, чтобы ездить к Лиске в гости, если она всё-таки решится уехать.
     – Что ты наденешь на свою свадьбу? – спросила я её как-то раз.
     – Мы с Машей, если, конечно, всё-таки вступим в брак, решили одеться одинаково. В серебристые костюмы.
     – Юбки или брюки?
     – Юбки, конечно. Если ты понимаешь, почему.
     – Да. Это символично. Чисто женский союз.
     – Ты у меня умница, Зефирка.
     – А то…
     Спустя два года мы рыдали друг у друга на плечах. Лиска с Машей оформляли переезд в Голландию.
     Всё-таки уезжает, думала я. Уезжает. Лиска. Лучшая подруга.
     – Я очень тебя люблю, – рыдала я. – Не уезжай. Не бросай меня.
     – Зефирка, дорогая, я тебя тоже очень люблю. Как подругу. Но, ты же знаешь, мне нужна другая любовь. Нужна семья. И всё это у меня может быть. Там.
     Умом я всё это понимала. Понимала, что у меня остаётся Артём, которого я не променяю на тысячу и даже на миллион подруг. Но Лиска была особенной. Конечно, я желаю ей большого счастья.
     Через год мы встретились. Лиска с Машей приехали на нашу с Артёмом свадьбу. Лиска была моим свидетелем, моей любимой подружкой невесты. Она подарила мне чудесное ожерелье и роскошные цветы.
     – Теперь твоя очередь, – сказала я, когда мы после свадебной церемонии отошли в сторонку поболтать.
     – Это уже не за горами. Мы с Машей уже обсуждаем детали свадьбы. Ты будешь моей подружкой невесты? – спросила она, глядя на меня своими огромными фиалковыми глазами.
     – А ты сомневаешься в этом? – ответила я вопросом на вопрос.
     – Нисколько. Ведь ты же моя самая лучшая подруга в мире.



(картинка из интернета, спасибо автору)


Рецензии
.
Знаете, уважаемая автор, описанное вами не так мило, невинно и обаятельно, как вам хочется преподнести читателю. В молодости мне пришлось как-то столкнуться с лесбиянкой. Отвратительно. Одно из самых гадких воспоминаний.

И пропаганда лесбиянства -- гадость из гадостей. Извините за резкость. Но считаю ваше произведение относится к тем, что, будь у нас цензура, его бы запретили. И правильно бы сделали. Но увы. Запрета на пропаганду такую нет. А жаль.

Не понравилось

Надежда Андреевна Жукова   10.02.2018 17:38     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 34 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.